Живопись  как упражнение в жизненном творчестве

Ирина Чуваева 


Существуют картины, где форма явно превалирует,  отличающиеся фотографической четкостью образов. Такая ясность и жесткость хорошо сочетаются  с рациональным, логическим мышлением нашего века и импонируют многим людям. Но спросите себя : подходят ли они лично вам? Можете ли вы ими  ограничиться? Наиболее важные явления  жизни размыты, неопределенны, нелогичны.  Даже современная математика не может  полностью игнорировать эту сторону жизни.

Существует часть кибернетики, касающаяся принятия решений в условиях неопределенности, давно открыты  новые разделы неформальной логики.  Жесткость и определенность исключают свободу и творчество. Они свойственны скорее животному и машинному миру, чем человеческому.

Однако современная наука считает человека разумным животным, тем самым лишая себя возможности найти причины и способы решения чисто человеческих проблем , например, в медицине.

Но человек, в отличие от животного, существо творческое, то есть часто нелогичное, мягкое и расплывчатое. Собственно человеческое в человеке, его Я делает его  подвижным и  гибким, способным чутко реагировать на изменения окружающего мира.  Животное жестко и определенно во всем, запрограммировано раз и навсегда своими инстинктами и наследственной программой.

Подвижность, реактивность, умение приспособиться ко всему, непредсказуемость – залог душевного и физического здоровья человека, его выживания . Как только он оставляет это свое предназначение, он уравнивает себя с животным или машиной и должен расплачиваться за это болезнью и жизненными неудачами.

Принято думать, что фотографическая  живопись более реалистична. Она действительно достаточно хорошо отражает одну из сторон реальности, рутинную, формально -логичную и скучноватую, оставляя за бортом все становление и развитие (подобно материалистической модели мира). Она, безусловно, имеет право на существование, коль скоро  знает свое место и границы и не претендует на универсальную применимость.

В жизни каждого человека есть периоды ясности и определенности, но редко кому удается отдыхать так все время. Внезапно разражается кризис, приходит полоса неуверенности, когда человек сталкивается с совсем другой, неясной и расплывчатой стороной жизни. Выживание его тогда целиком зависит от креативности, творческой фантазии, способности принимать решения в условиях неопределенности и следовать неформальной логике творящих сил мира, не вступая с ними в бессмысленную борьбу себе во вред. 

Двигаясь от цвета к форме, то есть пытаясь отыскивать образы своей картины среди цветовых пятен, давая им свободно рождаться из хаоса на наших глазах, мы упражняемся именно в этом .  Такая живопись  и полезнее, и проще для любителей, чем «реалистическая», с предварительными карандашными набросками.
    
Занятия живописью вполне можно рассматривать как своего рода упражнение в жизненном творчестве. Люди строят свои жизни по-разному.

Один намечает себе четкую цель и следует ей несмотря ни на что. При этом по достижении этой вожделенной цели его может постичь тяжелое разочарование, не говоря уже о чужих потерях на его пути.

Другой также преследует цели, но они не являются столь жесткими и определенными, поддаются корректировке со стороны жизни и окружающих, с которыми человек старается  считаться. При этом окружающий мир не рассматривается как враждебный материал, который надо победить во что бы то ни стало. За ним признается добрая воля и стремление помочь нам.

Часто то, что у нас получается без насилия над жизнью, по ее желанию, оказывается нашим собственным идеалом, к которому мы не стремились лишь потому, что не могли даже себе представить, что все может быть настолько хорошо.

Божественное предназначение любого человека гораздо совершеннее того, что он сам для себя хочет по той причине, что человек ограниченнее божества. Конечно, надо найти свою собственную меру  сопротивления жизни, решить, что отдать на волю обстоятельств, а в чем поступать только по своей воле, ни с кем и ни с чем не считаясь. 

Занятия живописью дают возможность поупражняться в этих двух подходах к жизни.  Вы можете иметь более или менее четкое представление о том, что вы хотите изобразить, начиная картину.

Лучше, если вы четко представляете себе идею и общие условия: освещенность, колорит и т.п. и не настаиваете жестко на конкретных образах и деталях, давая им рождаться свободно в процессе живописи. При этом результат часто оказывается лучше, живее того, что вы могли себе вообразить. То есть, талантливая картина может стать репетицией жизненного успеха, шедевр мастера – образцом гениально прожитой жизни или ее части, созерцание  которого учит жизненному творчеству, умению превратить свою биографию в произведение искусства. 

Прекрасная биография, успешная, счастливая жизнь немыслимы без соединения и сотрудничества с творящими силами мировой жизни, умения отдаваться их потоку, а не только упрямо следовать своей собственной идее счастья.

Иногда наша картина, как и наша судьба, представляется нам безнадежно испорченной, хочется ее просто уничтожить, и тогда нужно найти силы, чтобы довести ее до конца, выйти из кризиса.

Забавно, что при этом результат получается  иногда более интересным, чем у тех, кто не делал больших ошибок и более-менее успешно двигался к цели с самого начала. Такое переживание в живописи может стать бесценным упражнением  мужества и преодоления отчаяния.

Конечно, все сказанное выше лучше упражнять в технике послойной живописи, позволяющей создавать более серьезные картины, чем живопись по-мокрому, но влажная живопись является очень хорошей подготовкой к этому.

Написать отзыв